Olrs.ru / Конкурс
КОНКУРС

Регистрация

Логин

Пароль

забыли пароль ?




Конкурс №13 июнь 2017
1 место в номинации "Проза" рассказ Талгата Ишемгулова "Ястребок". В номинации "Лирика" 1 место Иван Малов с подборкой стихов "Степью навеяны строки".











Даша


Юное дарование


- А, это ты, Сашок? - вместо приветствия сказала девушка лет пятнадцати, входя в двери городской квартиры.
- Добрый вечер, Даша, - вежливо поздоровался с ней воспитанный подросток.
- Ну, где тут честнόе собрание? Показывай! - и, не обращая более внимания на что-то отвечающего ей подростка, юная особа энергично устремилась в столовую. Было видно, что она хорошо была ознакомлена с планировкой квартиры.
- …мы здесь в очередной раз собрались, чтобы поздравить всеми нами горячо любимую…, - убеленный сединами мужчина в галстуке торжественно окинул взглядом людей среднего возраста, инженеров, врачей, преподавателей, собравшихся за большим столом. Для большего эффекта он взял паузу перед завершением тоста, который ему, однако, не суждено было довести до конца.
- Здравствуйте - здравствуйте, - в присущей ей вольной манере обратилась к собравшимся вновь пришедшая. Говорила она без надрыва, но, тем не менее, очень громко.
Собравшиеся невольно повернули головы на шум. Посредине комнаты в торжественной позе стояла пятнадцатилетняя Даша. Подбородок ее был приподнят. Одна нога немного отставлена вперед. Плечи развернуты. Одета она была небрежно. Через порвавшийся носок выглядывал мясистый мизинец розового цвета.
- Что это за явление Христа народу? - чуть не поперхнувшись от неожиданности, спросил Андрей Иванович сидящую рядом с ним привлекательную даму и подумал: «А ведь у девочки хорошо поставлен голос! Говорит вроде бы не напрягаясь, но запросто может поспорить с мощью звука водопада «Виктория». Ей бы на плацу команды отдавать». Андрей Иванович не часто посещал Нину Петровну, хозяйку дома, день рождения которой собрались отметить в тот вечер гости, и от того он оказался не подготовленным к появлению девушки.
- Дашенька, садись, садись. Сейчас я тебе положу салат. Хочешь? - забыв о прерванном в ее честь тосте, уже хлопотала именинница около вновь пришедшей.
Солидный мужчина в галстуке, ранее говоривший тост, сел и молча выпил рюмку водки.
- Мама! Почему ты меня сегодня не встретила из школы? - налегая на салат и черную икру, громогласно вопрошала Даша. – Я ждала тебя целый час! Тетя Нина, кстати, налейте мне немного вон того вина. Это что, французское? Наверное, Кьянти пьете? Знаете, урожай девяносто восьмого года, говорят, выдался очень хорошим.
- Часто пьешь вина, Даша? - спросил кто-то из гостей.
- Нет, но я читала об этом, - отвечала Даша, перемалывая пищу.
- Дашенька очень много читает, - пояснила Римма Евлампиевна Сажина, мать обладательницы недюжинных познаний в области виноделия, после чего она с тревогой обратилась к дочери:
- Это я тебя ждала! Я вся извелась! В городе так опасно! Где ты была?».
Римма Евлампиевна, так же как и ее дочь, обладала чудесной способностью говорить громко и без какого-либо напряжения. Ввиду данного обстоятельства, собравшимся за праздничным столом оставалось либо слушать незатейливый завязавшийся разговор дочери-подростка с ее мамой, либо попытаться говорить еще громче о чем-то своем. Желающих кричать, впрочем, не находилось.
Андрей Иванович, не испытывающий особенного любопытства в отношении приключений Даши, тихо обратился к рядом сидящей привлекательной даме:
- Я был недавно в Париже…
- А, Париж! Великолепный город. Какая архитектура! - вдруг встряла в разговор юная Даша, которая, как выяснилось, обладала не только громоподобным голосом, но и великолепным слухом.
- Вы были в Париже? - с легким раздражением поинтересовался Андрей Иванович у девицы.
- Париж, писатели…, - продолжала юная особа, слегка закатив глаза к потолку и обращаясь сразу ко всем сидящим за столом, – Лувр, музей Гогена.
- Гогена? - спросил Андрей Иванович.
- Гоген, - наконец-то удостоила его своим вниманием девица, - его судьба описана в романе Фитцджеральда «Луна и грош».
- В романе кого, простите? - с удивлением поинтересовался Андрей Иванович.
- А.., Вы, наверное, не читали? Ну, ничего, ничего, – и, более не утруждая себя ответами на утомительные вопросы не вполне образованного Андрея Ивановича, юная Даша обратилась сразу ко всем собравшимся, как будто те только того и ждали. - Я сейчас прямо из консерватории. Слушала Моцарта, Барокко Моцарта. Ранний Моцарт! Ну, понимаете, в общем. Взгляд ее при этом вполне явственно говорил, что по ее мнению, сидящие перед ней люди так же далеки от понимания творчества Моцарта, как дно темного ущелья Кавказских гор от солнца.
- Даша нам сейчас сыграет, - приглушенным голосом, как говорят о «Великом», и нимало не интересуясь мнением собравшихся, сообщила Римма Евлампиевна.
- Что бы мне вам сыграть? - дожевывая говорила Даша, - Сыграю-ка я вам ноктюрн Шопена, опус 9, номер 2.
С этими словами юная Даша уселась за великолепный беккеровский рояль.
- Сыграй лучше Грига, Дашенька, - проговорила Римма Евлампиевна.
- Ах, нет, мама, вечно ты лезешь! Шопен! Только Шопен! - театрально вскинув голову, парировала Даша и без дальнейших промедлений ударила по клавишам.
Андрей Иванович посмотрел на Римму Евлампиевну. При первых звуках рояля голова ее склонилась набок, а на и без того грустном лице ее появился отпечаток тяжелого трагизма.
«Интересно, она всегда слушает музыку с таким выражением лица?» - подумал он.
Тем временем романтизм ноктюрнов Шопена в натруженных Дашиных руках приобретал новые, до той поры не изведанные оттенки бравурности.
- Как дубасит по клавишам! Разве так играют Шопена? Знаете, я недавно слушал Ашкенази…, - шептал Андрей Иванович на ухо привлекательной соседке.
За ноктюрном последовал другой ноктюрн. За другим ноктюрном баллада, за балладой другая баллада. Чем сложнее были произведения, тем больше в них было явных ошибок. Постепенно гости, изрядно устав от музыки, начали тихо беседовать между собой, вызывая неодобрительные взгляды Риммы Евлампиевны.
Наконец, игра прекратилась. Даша встала из-за рояля, громко хлопнув крышкой. Она, казалось, все делала с большим шумом.
- Ладно, засиделась я у вас. У меня ведь дел не в проворот. До свидания, тетя Нина, - сказала Даша.
- Подожди меня пять минут, - раздался голос ее мамы.
- Ну ладно, только не долго, - ответила девица и уселась за стол со словами:
- Кстати, тетя Таня, как Ваш сын поживает?
- Готовится поступать в институт. Занимается день и ночь.
- Таня, а в какой институт? - спросила Римма Евлампиевна.
- В финансовый.
- Ааа,…- с видимым сочувствием протянула Римма Евлампиевна, и добавила – Бумажки перекладывать будет.
Было видно, как ей грустно за сына Тани.
- А твоя Даша куда поступать собирается? - поинтересовалась уязвленная Татьяна Петровна.
- Окончим училище, а потом в консерваторию. Были, правда, соображения на счет мехмата МГУ. Все-таки, тоже творчество.
- Я слышал, что для поступления в консерваторию нужно часами играть. Когда же заниматься другими предметами? - спросил мужчина в галстуке, тот, что не смог окончить тост.
- С Дашиными способностями это не проблема. Она все схватывает налету, пояснила Римма Евлампиевна. - Вы знаете, Даша недавно взяла первый приз на музыкальном конкурсе в Италии для подростков. У нее большое будущее. Кстати, когда она была в Италии, ей итальянцы говорили, что они не встречали русских, которые бы так свободно говорили на английском. Даша ведь говорит практически как носитель языка. Но мы, конечно, не очень обольщаемся итальянским призом. Хотя он и для подростков, но можно считать, что для взрослых. Одному итальянцу, участнику конкурса, двадцать лет было. Но все же призами обольщаться не надо. «Гомо гоми луп», как говорится.
- Вот, видишь, Саша, - обратилась Нина к своему сыну, - а ты все никак пятерку по английскому получить не можешь.
- Позвольте полюбопытствовать, Римма Евлампиевна, - на свою беду поинтересовался Андрей Иванович, кое-что помнивший из латыни, - а что это Вы за последнюю фразу сказали?
- Это, Андрей, не помню Вашего отчества, это на латыни, - отвечала скороговоркой Римма Евлампиевна, всем своим видом излучавшая абсолютную уверенность в полном интеллектуальном превосходстве над окружающими.
- А Вы не переведете сказанное? - не унимался Андрей Иванович.
- Бойтесь данайцев, дары приносящих. Это древнегреческий эпос. Гомер . Надеюсь, Вы знакомы с Гомером? - Уничижительно осведомилась Римма Евлампиевна и отвела взгляд для продолжения своего так нелепо прерванного монолога. Из всех форм общения ей явно был ближе монолог. И она очень не любила, когда ее перебивают.
- Насколько мне не изменяет память, - отвечал неугомонный Андрей Иванович, - изречение «Боюсь данайцев, дары приносящих», вложенное в уста Лаокоона, принадлежит не Гомеру, а Вергилию, древнеримскому автору.
- Ах, это не важно, ну, пусть, Вергилий, что с того? - отвечала Римма Евлампиевна, лицо ее при этом приобрело выражение легкой досады, как если бы она вытаскивала занозу из пальца.
- Да и звучит оно «Timeo Danaоs et Dona fеrentеs», размеренно продолжал Андрей Иванович. – А то, что Вы только что озвучили, больше напоминает «Gomo Gomini lupus est. », хотя я и не понимаю, какое отношение это имеет к дарам Данайцев.
- Ах, сейчас всего уже не упомнишь, я так много всего изучала, когда училась в Университете. Вы, кстати, что заканчивали? Хотя это неважно, неважно, - продолжала свой прерванный монолог Римма Евлампиевна. – Так вот, когда мы были с Дашей в Италии… Какие там музеи! Особенно в Венеции.
- Конкурс проходил в Венеции? - поинтересовалась Нина Петровна.
- Нет, конкурс был в небольшом местечке под Вероной.
- Так Вы и в Венеции тоже побывали? А как же Вы добрались туда? - поинтересовался кто-то из гостей.
- Нет, в самой Венеции мы не были, но…, - речь Риммы Евлампиевны неслась вперед полноводным потоком, сравнимым по неумолимой силе своей разве что с энергичностью своей дочери, - …Так на чем я остановилась? А, вот, когда нам вручали приз, то итальянцы сказали, что они не слышали такого исполнения уже много лет. А Даша им прекрасно ответила на английском…
- Oh my god! I don’t believe it! - в забывчивости громче, чем позволяли приличия, произнес Андрей Иванович, давно не сталкивавшийся с подобным беззастенчивым восхвалением собственных детей.
- Бог, ай, белив,… - тут же заинтересованно отреагировала разносторонняя Даша. Глаза ее закатились под брови. И после некоторого раздумья она сообщила:
- А вот в бога Вы напрасно не верите. Ну да ничего, люди приходят к вере по-разному. Я, к примеру, с первых дней своих ощутила единение с богом. Мама, пойдем же. Через час начинается моя любимая передача.
- Ну ладно, нам пора, - и мама с дочкой встали из-за стола.
- Елена Станиславовна, - неожиданно обратилась Римма Евлампиевна к одной из подруг именинницы, мирно поглощающей утиную грудку. - Вы ведь на машине? Не подвезете нас, а то Дашенька завтра играет на экзамене.
- Но я, Римма, пока никуда не собираюсь. И ехать нам в разных направлениях.
- Ааа…, ну ладно. Мы как–нибудь сами, - сказала Римма Евлампиевна, смиренно, как принимают тяжелые житейские невзгоды, склонив голову набок и потупив взгляд.
- Какие странные люди, - говорила Даша маме на улице, - они слушали Шопена, как слушают какую–нибудь попсу. Разговаривали!
- Просто это люди далекие от творчества, - поясняла ей мама. - А Андрею Ивановичу, по-моему, и вовсе медведь на ухо наступил. Да и что можно ждать от человека, целыми днями работающего в министерстве! Когда ему развиваться? Я слышала, что он сказал, будто бы такую серьезную музыку как баллады Шопена не стоит играть в такой обстановке. Как ты думаешь, из-за чего? - и по привычке не дожидаясь ответа, Римма Евлампиевна продолжала монолог. – Из-за того, что, по его мнению, такая музыка требует концентрации. Кто же мешает ему сконцентрироваться? И что ему в Париже, спрашивается, делать. Вот если бы тебя туда отправить, ты бы там впитала дух творчества! Кстати, ты не могла бы поменьше лежать на диване? Надо ведь все-таки заниматься.
- Ах, мама, я и так очень устаю.
- Осторожно, Дашенька, здесь скользко.

Проводив приятную даму, Андрей Иванович возвращался домой, слушая легкую музыку, которая, по его мнению, лучше всего подходила для автомобиля. При этом какое-то неприятное чувство тяготило его, как если бы он совершил какой-то не совсем благовидный поступок. Он, привыкший разбираться в своих чувствах, не мог понять себя в этот раз. В памяти почему-то всплывал давно забытый рассказ Шукшина «Срезал».
- Какое он имеет ко мне-то отношение? - раздраженно думал Андрей Иванович, перед тем как погрузиться в сладкий сон.












Категория: Рассказы Автор: Мария Свешникова нравится 0   Дата: 27:04:2017


Председатель ОЛРС А.Любченко г.Москва; уч.секретарь С.Гаврилович г.Гродно; лит.редактор-корректор Я.Курилова г.Севастополь; модераторы И.Дадаев г.Грозный, Н.Агафонова г.Москва; админ. сайта А.Вдовиченко. Первый уч.секретарь воссозданного ОЛРС Клеймёнова Р.Н. (1940-2011).

Проект является авторизированным сайтом Общества любителей русской словесности. Тел. +7 495 999-99-33; WhatsApp +7 926 111-11-11; 9999933@mail.ru. Конкурс вконтакте. Сайты региональной общественной организации ОЛРС: krovinka.ru, malek.ru, sverhu.ru