Olrs.ru / Конкурс
КОНКУРС

Регистрация

Логин

Пароль

забыли пароль ?




Конкурс №14 коротких рассказов и стихов
Все кроме любовной лирики. Текст ЗАГЛАвными буквами меняется программой на произвольный обычным шрифтом. Спасибо. Итоги 1 февраля 2019 г.











Когда я уйду

Ночь. За окном шумит ветер, сносящий все на своем пути. Недавно выпавший снег освещает уснувшие улицы. Слышно, как на верхнем этаже ругаются соседи, бьют посуду. В комнате темно, видно лишь тени проезжающих мимо машин.
Если бы кто-нибудь зашел сейчас в эту комнату, ему стало бы не по себе от нагнетающего запаха корицы, перемешанного с сигаретным дымом, разбросанных по углам оберток от конфет и свисающего с высокой кровати плюшевого одеяла.
В этом была вся Лина. С самого детства родители внушали ей, что хорошо, а что плохо, не забывая при этом приводить сотню разных примеров «из личного опыта». Все эти разговоры маленькая Виталина (ее полное имя) пропускала мимо ушей. Результат - на лицо.
Три часа ночи. Как обычно в это время Лина мучается от безделья. Перелистывая обложки скучных журналов, она думает, как бы уехать отсюда подальше. Родители надоели со своими нотациями, учеба ей неинтересна, личной жизни - ноль. Круг общения в последнее время сузился до мизерных размеров. В основном, это были однокурсники (их было всего двое), соседка по площадке и пес Дуля.
Стало жарко. Лина подошла к окошку. Повернув на себя неудобную ручку, она запрыгнула на подоконник, свесила ноги на улицу и закурила. Неспящие из дома напротив, уже привыкли наблюдать подобную картину.
-Ты опять куришь,- услышала Лина дрожащий голос из-за спины.
-Да, мама, я опять курю. Чего вы все вообще привязались ко мне? Надоели уже! Иди спать, я сейчас не в настроении, чтобы обсуждать с тобой свои привычки.
И это тоже было обычным явлением. Лина никогда не была послушным ребенком. Ее иногда не совсем адекватное поведение шокировало не только родителей, но и всех, кто окружал их семью. «Где это видано, чтобы ребенок так грубил взрослому человеку»,- говорили про нее еще в детском саду. Лине же было плевать на мнение всех этих заносчивых теток, которые, по ее мнению, занимались воспитанием чужих детей, вместо того, чтобы присматривать за своими.
Мокрый, падающий с крыши снег, обжигает босые ноги Лины. Ветер пронизывает ее насквозь. Но ей это нравится. Она сидит на подоконнике уже второй час, раскуривая пятую по счету сигарету. Ничего не держит ее в этой жизни. Нет ни одного человека, способного заставить ее что-то делать, чем-то заниматься.
На минуту в ее голове возникла мысль: а что, если спрыгнуть с этого хлипкого подоконника?! Ведь очевидно, что жалеть об этом не будет никто, а она уж точно. Нет, она не способна так бездарно распорядиться своей судьбой. Ей нравится то, как она живет, несмотря на все трудности и проблемы, возникающие на ее пути. И пусть нет друзей, молодого человека… Она считает, что живет ради себя. В конце концов, у нее есть любимая собака и соседка по площадке, которые стали для нее ближе и роднее, чем все остальные, включая родителей.
Лина закрыла замерзшее окно. Ночь постепенно уступала свои права приходящему в очередной раз новому дню. Задернув тяжелые шторы, Лина легла в успевшую остыть постель. Однако мысли о смерти и о том, что завтра предстоит занудная учеба, не оставляли ее.

***
Лина открыла глаза в начале десятого.
-Опять проспала? Ну, сколько можно? У тебя сессия скоро, а ты пропускаешь учебу? Нет, это невыносимо! Живо поднимайся и дуй в институт,- бесновалась мама.
Спустив ноги на холодный пол, Лина нащупала меховые тапки и отправилась в ванную.
-Виталина, давай уже побыстрее как-то приводи себя в порядок. Ты не одна в доме. Я тоже опаздываю…
-О, папулик проснулся. И с утра начал читать нотации.…Как вы все мне надоели,- заворчала девочка,- и хватит называть меня этим дурацким именем. Какой идиот его придумал?
Быстро одевшись, Лина налила кружку китайского чая, который папа привез из Поднебесной, и вышла на площадку покурить.
-Привет, Линка, опять проспала?
-Ага,- ответила та недовольным тоном соседке.
-Ладно, я побегу на работу, вечером поболтаем.
-Хорошо,- Лина наконец-то раскурила сигарету.
На улице - опять мороз. Пушистая шапка, которую терпеть не могли все, кто ее хоть раз видел, встала колом от дувшего со всей силы ветра. Лина не торопилась в институт. Да и чего там интересного? Бесконечные россказни однокурсниц о бурно проведенной ночи Лину не вдохновляли. А эти ужасно скучные и никому не нужные, кроме преподавателей лекции? Не о такой жизни мечтала Лина. Если бы не прихоть родителей, она была бы сейчас очень далеко от этого жуткого места.
Перешагнув порог столь ненавистного ей института, Лина встретила (не кстати) одну из надоедливых однокурсниц.
-Привет, чего кислая опять? Слушай, я тебе такое расскажу, не поверишь…
Лина закатила глаза. Каждый день одно и то же. Слушать тошно! Она молча стянула с себя заиндевевший пуховик и направилась в аудиторию, не обращая особого внимания на трещащую рядом размалеванную девицу.
-Слушай, Линка, нам сегодня обещают ставить прививки от гриппа, ты останешься?
-Ну, поставлю я эту прививку, она меня спасет от простуды, что ли,- без особого энтузиазма ответила та.
-Не знаю, каждый год ведь ставят, «начальство» требует,- расхихикалась однокурсница.
-Ну тогда пойдем, поставим.

***
Вечером, как обычно, по дороге домой, Лина заглянула к соседке по площадке. Дожевав последний бутерброд в ее холодильнике, она потянулась за очередной порцией никотина. Соседка всегда была рада ее видеть, ведь она тоже не отличалась наличием хоть какого-то круга друзей и знакомых, кому можно было бы вывалить на уши все, что с ней произошло за день. А Лине было все равно, кого слушать. Но, однако, квартира соседки привлекала ее в этом плане больше, чем своя собственная.
-Слушай, а что, если мы завтра сходим с тобой в одно место,- предложила соседка.
-В какое еще место? Я никуда не хочу. Меня все бесят. Видеть никого не могу.
-Ну, знаешь, говорят, там можно познакомиться кое с кем…
-Э…э….кое с кем?
Лина недоумевала, куда тащит ее эта ненормальная, вечно желающая с кем-то познакомиться. Зачем ей это?
-Ну, не хочешь - не надо.
-Ладно, я пойду, наверное,- промычала Лина,- завтра зайду.
Вот так и прошел этот день. Сейчас предстояла «встреча» с родителями. И очередной ушат нотаций сначала от мамы, потом от папы.
Лина переоделась в любимую махровую пижаму, натянула полосатые носки с дыркой на пятке, и закрылась в комнате. Хотелось провалиться на месте от скуки.
Она потянулась за толстой книжкой, лежащей на краю стола. Но читать совсем не хотелось. Тем более что в руках у нее оказался очередной мамин любовный роман, забытый вчера ночью. Лина терпеть не могла этих соплей, поэтому забросила ни в чем не виноватую розовую брошюрку за диван.
-Что, снова бездельничаешь,- отворилась дверь комнаты. Сейчас начнется «техасская резня бензопилой» со стороны вернувшегося с работы папы.
-Дочь, так нельзя. Ну, пойди, помой посуду. Там ее целая гора. Вымой пол у себя в комнате, живешь, как в свинарнике! Займись делом, в конце концов.
-Па, отстань. Надоели ваши указы. Иди мой сам свою посуду, я не ела и ее не пачкала. А моя комната- это моя комната. Хочу жить в свинарнике - буду жить в свинарнике! Ты не у себя на работе. А я не твоя Марина, понятно! Секретаршу свою третируй.
-Да как ты смеешь…
Лина воткнула в уши вату, чтобы не слышать все то, что скажет отец.
***
Следующим вечером Лина сидела у соседки в компании двух, по ее мнению, идиотов. Откуда они взялись, Лина представления не имела. Наверное, соседка - таки сходила в «одно место» и познакомилась с ними там. Вопрос в другом: зачем она притащила их к себе домой?
-Вот, ребята, познакомьтесь - это наша Линочка. Чудная девочка. Моя соседка, между прочим. Учится в институте, в гостях бывает каждый день,- у соседки была такая глупая физиономия в этот момент, что Лина не сдержала эмоций и рассмеялась.
-Я Дима,- протянул руку один из «ребят».
Лина стояла, как вкопанная. Еще бы.… Все с таким вниманием уставились на нее, что она чуть, было, не повернула к выходу.
-Ну что же ты стоишь, как истукан,- прошипела соседка,- садись.
Два часа Лина слушала бред, исходящий из уст этих смазливых недоумков. Казалось, ее терпению пришел конец. До кучи, соседка удалилась куда-то вместе со своим новым ухажером, оставив Лину один на один с чокнутым Димой.
-Лина, расскажите что-нибудь. Наверняка, у вас есть пара веселых историй,- начал, было, он.
-Так, с меня хватит этого маразма,- она схватила со стола пачку сигарет, зажигалку, и вышла за дверь.
На лестничной площадке оказалось не так уж тепло. Лина закуталась в толстый шарф, который всегда был при ней, и затянулась. Каково же было ее удивление, когда она снова увидела перед собой Диму.
-Девушка, я вас чем-то обидел,- виновато произнес он. Эхо от его громкого, но довольно приятного голоса прогремело по всему подъезду.
-Нет.
-Тогда в чем дело? Почему вы так быстро ушли?
Лина выбросила недокуренную сигарету в пепельницу, стоящую на бетонном полу.
-Да тебе-то какое дело до меня?
-Почему вы так категоричны? Давайте пообщаемся! Вы же ничего от этого не теряете, верно?
-Блин, да чего ты ко мне привязался?

***
И снова ночь. Сегодня теплая. Лина распахнула окно, чтобы понаблюдать за проносящимися мимо машинами. В свете ночных огней они были особенно красивы. Снег падал хлопьями на землю. Чуть слышно завывал ветер. В доме напротив горели два окошка, из которых были видны какие-то люди, занимавшиеся, черт знает, чем этой теплой зимней ночью.
Лина, как всегда, сидела на подоконнике, свесив босые ноги наружу.
«Ну, зачем все лезут ко мне, донимают какими-то странными вопросами, требуют чего-то, учат жить?»,- думала она, расхлебывая остывший китайский чай, привезенный папой.
Нет, ничего не радует ее в этой жизни. Она и сама уже забыла, когда последний раз пребывала в хорошем настроении.
Рука произвольно потянулась за блестящей оберткой, внутри которой находился испытанный способ решать навалившиеся проблемы или переживания - огромная шоколадная конфета. Если б вся жизнь была такой же сладкой, как она…
Неожиданно для самой себя, Лина громко заплакала. Такого с ней точно никогда не случалось. Она просто устала жить. Устала от того, что ее окружают неприятные ей люди, что занимается она совсем не тем, чем хотелось бы и что живет не там, куда бы с удовольствием сейчас уехала.
Очередная сигарета сломалась под давлением падавших слез. Разломившись на две хрупкие части, она полетела вниз, на мокрый белый снег. Лина обернулась. За ее спиной стояла мама.
-Что, начинай читать нотации о вреде курения или еще чего,- продолжая плакать, сказала Лина,- что ты молчишь? Почему не орешь на меня, как всегда? Ты ведь только это умеешь?!
Мама остолбенела. Она никогда не видела дочь такой расстроенной. Хотя в этот момент Лина выглядела не просто расстроенной, а разбитой. На ней не было лица.
-Дочка, да что с тобой? Ты сама не своя,- причитала мать.
Лина отвернулась к окну. Горькие слезы падали на ноги с такой силой, что, казалось, они сломаются, как та сигарета, улетевшая вниз.
-Отстань, «мА-мА»,- скривилась Лина.
С окаменевшим выражением на лице, мать вышла вон. Конечно, она понервничала немного, но потом все же уснула.
А Лина осталась сидеть на подоконнике, свесив босые ноги наружу. И только два окошка, горевшие в доме напротив, составляли ей компанию.
Нет, она не чувствовала себя одинокой. Просто в этот момент она оказалась одна на всем белом свете.
Вытерев остатки соленых слез на щеках, она закрыла окно и рухнула в холодную, устланную конфетными обертками, постель.

***
Прошел месяц. Лина немного повеселела, если к ней вообще можно применить такое описание. В институте началась сессия. Это, безусловно, радовало. Лина считала, что сессия- это единственное, ради чего вообще стоит появляться в стенах ВУЗа.
Само собой, в ее жизни было и то, что огорчало. Вот уже целую неделю Лина чувствовала серьезное недомогание. Первый раз в жизни она решила «навестить» врача.
-Добрый день, девушка! Чем я могу быть вам полезна,- прощебетала приветливая секретарша, сидевшая на ресепшн в одной из лучших частных клиник города.
Лина поморщилась. Она даже не знала, к какому именно врачу ей нужно. Помявшись несколько минут, она произнесла:
-Мне нужен отоларинголог, наверное,- и упала в обморок.
Девушка на ресепшн побледнела от растерянности. Она налила в стакан ледяной воды, как ни кстати оказавшейся под рукой, и опрокинула его почти полностью Лине на лицо. Проходивший мимо лысый мужчина в белом халате (очевидно, врач) поднял Лину на руки, и они скрылись за огромным стендом, непонятно для чего висевшим в коридоре. Секретарша проводила их испуганным взглядом и вернулась на свое рабочее место.
Через какое-то время Лина очнулась. Открыв глаза, она немного вздрогнула от неожиданно грубого взгляда мужчины в белом халате.
-Вам лучше,- спросил он.
-Да, наверное,- ответила Лина и снова потеряла сознание.
В общем, в тот день она осталась в клинике на ночь. Туда, конечно, слетелись родители, родственники, которых Лина знать - не знала. Пришла и соседка по площадке. Все они окружили доктора с нескольких сторон и стали нервно расспрашивать о случившемся.
-Нужно провести полное обследование,- сказал врач и удалился куда-то.

***
В течение многих недель Лину пичкали таблетками, кололи уколами, назначали немыслимые процедуры. Она до конца так и не поняла, что с ней произошло и почему она до сих пор находится в этой, хоть и лучшей, но все же дурно пахнущей клинике.
В палате было абсолютно нечем заняться. И если раньше Лина думала, что жутко скучно ей дома, то теперь она иного мнения на этот счет. Желтые стены вкупе с салатным потолком нагнетали. И какой «знаток искусства» придумал выкрасить бетонные поверхности такими цветами?! Оголодавший за все время пребывания здесь желудок Лины требовал пищи. Но на тумбе (да и внутри ее) не было ничего, что можно было бы закинуть в рот. Холодными ногами, замотанными какой-то ерундой, Лина нащупала на полу любимые меховые тапки, принесенные из дома мамой, и попыталась встать с кровати. Но попытка не удалась. Нижние конечности отказывались слушаться. Они подкашивались и не давали верхней части туловища нормально на них опереться. К счастью, над кроватью Лина обнаружила маленькую синюю кнопку. Вероятно, это была кнопка вызова медсестры. Лина ткнула на нее заледеневшим мизинцем. Противный писк, кажется, был слышен и за пределами клиники.
Буквально через пять секунд дверь палаты отворилась, и за порог шагнул тот самый лысый мужчина в белом халате, образ которого Лина вряд ли уже забудет.
-Вы проснулись? Здравствуйте, я ваш лечащий врач. Меня зовут…
-Я хочу есть,- пересохшим ртом сказала девочка.
-Да, сейчас вам все принесут. А пока мы поговорим о вашем состоянии. Как вы себя чувствуете? Не тошнит?
Лина ненавидела врачей. Возможно, поэтому никто из родителей не мог заставить ее прийти на прием в поликлинику по месту жительства еще с самого детства. Все эти люди в белом вызывали у маленькой Лины сильнейший стресс, который мог не проходить месяцами. Так что маме с папой пришлось смириться с этим и лечить дочь другими способами, если это было нужно.
-Не тошнит,- буркнула Лина.
Доктор зачем-то пощупал живот, посмотрел горло и молча направился к выходу.
-Э…что со мной? Чем я болею-то?
Не успела Лина все это выговорить, как на пороге палаты «нарисовалась» стройная медсестра с подносом в руках. Она поставила еду на тумбу, а сама присела на край больничной койки.
-Ну, и как тебя зовут?
-Тебе-то что? Лина.
-Меня Зоя,- широко улыбнулась девушка. Лина подумала в этот момент, что у нее сейчас рот порвется. И что за колхозное имя: «Зоя»?!
Простушка Зоя начала что-то говорить. При чем делала она это слишком быстро и невнятно для того, чтобы можно было хоть что-нибудь разобрать из ее слов.
-Тормози,- остановила ее Лина.
Только тогда, когда Зоя была, буквально, выставлена за дверь палаты, Лина немного стала приходить в себя. Дожевывая последний кусок мягкого, непохожего на больничный, хлеба, Лина уставилась в окно.
Конец февраля. С крыши свисают огромные сосульки. Снег почти весь растаял. За большим деревянным забором виднеется посыпанная солью тропинка. «Наверняка она ведет куда-нибудь в красивый зимний сад»,- думала Лина.

***
Даже, находясь в клинике, Лина не изменяла своим привычкам. Распахнув окно, она уселась на подоконник, свесила ноги и закурила. Несмотря на то, что больница есть больница, в этом месте было красиво. Луна освещала тропинку за большим деревянным забором, прозрачные сосульки переливались на свету. Самое главное, что поразило Лину своей красотой в этом месте - это необыкновенная, проникающая во все уголки палаты, тишина. От нее звенело в ушах. Так спокойно Лина уже давно себя не чувствовала.
-Так, это еще что такое,- услышала она за спиной громкий голос лысого врача.
Спрыгнув с окна, она уселась на кровать и скрестила перед собой руки.
-Что вам надо?
-Тебе нельзя курить. И переохлаждаться - тоже нельзя. И вообще нельзя тут окна открывать. Закрой окно!
Лысый врач даже не мог себе представить, какую реакцию он услышит в ответ на свои слова. Лина кричала так, что сбежались больные из соседних палат. Никто не смеет запрещать ей что-то делать!
Эту ночь она провела в компании медсестры Зои. Вероятно, ее присутствие было высшим наказанием для провинившихся пациентов в этой клинике. Зоя рассказывала про свою большую и дружную семью, про свою работу и про то, чем занимается лысый врач, когда все покидают дежурство.
Лина думала, что с ней могло произойти. Почему она тогда, в первый раз, упала в обморок? Почему ее до сих пор держат взаперти? И почему ужасно болит все тело?
На противоположной стене висело большое зеркало, напоминающее средневековое трюмо. Лина даже не заметила его сначала. Едва передвигая замотанными какой-то тряпкой ногами, она подошла к нему, чтобы в первый раз за несколько недель взглянуть на свое отражение.
-Что с тобой,- испуганно спросила Зоя, увидев, как Лина смотрит на себя со стороны.
Она медленно то опускала глаза, чтобы разглядеть свои ноги, то снова поднимала их, приглядываясь к выцветшим волосам и ресницам.
-Господи, на кого я похожа,- пропищала она чуть слышно.
Лина сильно похудела за это время. Глаза впали, обвисли щеки. Ее лицо стало похоже на износившуюся маску. Такое же бледное, оно пугало едва ли не каждого, кто решался зайти в палату к девочке. А волосы? Они выцвели и стали иметь цвет слегка коричневатого пепла. А еще повисли, как те сосульки, которыми Лина любовалась, сидя на подоконнике. Ее хрупкое тельце с трудом могло самостоятельно передвигаться. И болело оно совсем не от уколов, как говорил лысый врач. Просто у него не было сил бороться с болезнью, о которой Лина пока еще ничего толком не знала.
-Зоя, а что это такое, а?
-Это ты!
Лина отшатнулась от зеркала. Немного попятившись, она села на край ужасно неудобного стула.
-Дай воды, дай воды,- закричала она на медсестру.
Она не могла прийти в себя после увиденного. Она никогда такой не была. Роскошные волосы, почти идеальная фигура и симпатичное лицо всегда были предметом ее единственной гордости в жизни. Что может чувствовать человек, потерявший все это?!
Зоя поставила перед ней стакан. Лина хлебнула…
-Это…
-Да, милая. Это водка. Пей. Я думала, ты уже знаешь…
-Что…что я знаю?
-Милая, ты очень серьезно заболела. Боюсь, что лечение займет довольно длительный срок. И красивой ты себя увидишь еще не скоро. Поэтому перестань переживать, смирись. Завтра тебя переводят в специальную клинику для больных ВИЧ. Там ты пройдешь полное обследование.
-Что? ВИЧ? Как,- не унималась Лина. Голос ее дрожал. На щеках появлялись одна за другой маленькие слезинки,- я умру?
Никогда прежде она не могла представить, насколько страшно произносить такие слова. Раньше она не боялась смерти. Для нее это слово было пустым звуком. Оно означало всего лишь решение проблем, их уничтожение.
-Нет, милая, ты не умрешь. Просто лечение займет определенное время, понимаешь?
-Но ведь еще не факт…
-Да, гарантии тебе никто не даст. Но мы будем верить, правда?
Лина соскочила со стула. Она металась по палате, не находя себе места. Почему именно она? Почему сейчас? Почему?
Наконец, Зоя позвала врача. На Лину невозможно было смотреть без слез.
-Девушка, успокойтесь,- кричал лысый доктор.
-Успокойтесь? Успокойтесь? Да что вы меня успокаиваете? Я умру! Я умру!
Врач достал из кармана какой-то шприц, наполненный до краев, и ввел лекарство Лине в руку. На некоторое время она заснула.

***
Родители Лины обеспокоены случившимся. Но навестить дочь в больнице не спешат. Каждый из них по-прежнему занимается своими делами. Им предложили найти деньги, чтобы сделать Лине операцию, которая ускорила бы лечение, но папа с мамой отказались в этом участвовать. У них просто нет возможности найти такую огромную сумму за тот срок, который оговаривается врачами. Хотя, кто знает,…может, они смогли бы заработать эти деньги или занять.
В институте вот уже вторую неделю судачат о болезни однокурсницы. Можно сказать, все почти уже похоронили неразговорчивую, замкнутую студентку, которая когда-то писала идиотские стихи на задних партах институтских аудиторий, параллельно закусывая бесконечные рассказы приятельниц шоколадными конфетами.
-Это твоя подружка болеет ВИЧ,- презрительно спрашивали у одной из однокурсниц Лины студенты.
Если бы она все это видела, не удержалась бы – врезала этим размалеванным пустышкам, уважающим только тех, у кого сапожки стоят дороже пятисот баксов.
Только лишь соседка по площадке заходила к Лине раз в неделю. Она была ошарашена столь неприятным известием и подняла всех жильцов дома на уши, чтобы те собирали деньги на операцию для ее соседки по площадке.
***
Неделя в «специальной» больнице для Лины тянулась, словно год. Врачи обращали на нее внимание только тогда, когда нужно было ставить уколы или делать еще что-нибудь менее приятное с измученным организмом. За это время Лина похудела еще больше. Пропал аппетит. Она глотала то одни желтенькие таблетки, то другие. Ей становилось все хуже и хуже. Прежде всего, в моральном плане. Ведь если раньше она сама отстранялась от окружающего мира, то теперь ей как никогда нужна была поддержка.
Лысый врач, медсестра Зоя и соседка по лестничной площадке, навещавшие Лину каждый вечер, стали для нее лучшими друзьями. Они приносили ей книги по медицине. Так хотела сама Лина. Ей необходимо было узнать побольше о страшной болезни. Ведь умереть, так до конца и не поняв, что тебя сразило, было страшнее вдвойне.
Каждое утро Лина просыпалась в холодном поту и первое, что делала, отойдя ото сна - ощупывала свое тело, как бы проверяя, на месте ли оно. Затем поднималась с больничной койки и волокла тонкие, как спички, ноги до столовой. Потом начинались процедуры, которые вызывали у Лины шок каждый раз, как только она заходила в кабинет к тому или иному врачу. Все эти люди в белых халатах мало беспокоились о внутреннем состоянии своей пациентки, важен был результат. Сама же Лина долго «отходила» после мучительных капельниц, бесконечных уколов, таблеток и других лечебных мероприятий, о которых здоровым людям лучше и не знать.
Возвращаясь в палату, Лина больше не задавала себе вопрос: чем заняться. Она рисовала. Этот дар открылся именно тогда, когда мог спасти от скуки и даже страха. Длинноволосые русалки и мифические гномы смотрели на Лину с поверхности бумаги и помогали жить. Эти рисунки внушали спокойствие и обеспечивали почти хорошее настроение на весь день. Глядя на них, Лина задумывалась о красивой жизни и дальних путешествиях, которые могли бы стать частью ее жизни, если бы не эта проклятая болезнь.

***
Вечер постепенно сменялся ночью, когда-то любимой Линой. Распахнутое настежь окошко не давало уснуть. Бродячие кошки царапали крышку подвала. Палата Лины располагалась на первом этаже, поэтому воздух был наполнен гарью и подвальной гнилью. Это отвратительное место - «специальная» больница напоминала девочке колонию строгого режима. Все ее обитатели, в том числе и врачи, были также беспечны и безнадежны, как заключенные.
Еле слышно стучали часы на тумбе. Лина дотянулась до них, чтобы посмотреть на время. 2:40. Рассеянный лунный свет бил по глазам. А что, если «завтра» не наступит? Эта мысль преследовала Лину на протяжении всего времени, что она находилась в этой больнице. Но больше тревожило не то, что она может уйти из жизни, а то, что так и не успеет сделать все, чего так хотела.
Наплевав на все запреты врачей и медсестер, Лина достала из-под подушки еще неразорванную пачку сигарет и уселась на окошко. Какая разница - от чего умирать: от смертельной болезни или столь же опасных привычек?! Лине было все равно. Она торопливо затягивалась, будто остерегалась чего-то. В ее глазах отражались уставшие уличные фонари. За дверью слышались чьи-то шаги.
Лина соскочила с подоконника, схватила сигареты, пальто, висевшее в углу, рисунки и прыгнула с окна. Мягко приземлившись рядом с крышкой вонючего подвала, она отряхнулась. Оглядываясь по сторонам, она подошла к воротам больницы. Престарелый охранник, как обычно, спал на своем посту. Лина аккуратно вынула из кармана его куртки, напоминающей деревенскую фуфайку, связку ключей. Покрутив одним из них в замочной скважине, она быстро оказалась по ту сторону железной ограды.

***
Лина не долго искала проезжую часть. Хотя больница располагалась в лесу, шум проезжающих мимо машин был слышен и там.
Лина брела по дороге, надеясь поймать «такси» до города. В унисон с неожиданно начавшимся дождем она медленно перебирала ногами.
Через какое-то время послышался визг колес. Лина остановилась. Растолкав бумагу с набросками и сигареты по карманам, она стала махать руками так, будто увидела перед собой не автомобиль, а бронепоезд. Машина притормозила. Лина подошла ближе, потянула застывшую ручку на себя и залезла внутрь.
-И не страшно тебе прыгать по чужим машинам,- спросил молодой человек, вцепившись руками в руль.
-Нет, довези до города, надо очень,- ответила Лина.
Молодой человек нажал на «газ». Лине, конечно, было не по себе от случившегося, но она считала свой поступок правильным. Она удобно расположилась на заднем сидении и глаза ее стали закрываться. Деревья стучали по тонированным стеклам, прерывая сон.

***
Она проснулась, почувствовав чье-то легкое прикосновение. Перед ней стоял высокий парень с глубокими, похожими на море, синими глазами. Он явно был чем-то недоволен. Наморщив лоб, он, кажется, ждал, что Лина выйдет из его машины. Но девушка не спешила. Она пыталась вспомнить, где могла видеть этого молодого человека.
-Ты выходить собираешься, спящая красавица,- промычал он.
Лина подскочила и ударилась головой об низкую крышу авто. «Красавицей меня теперь сложно назвать…»,- подумала она, выбираясь из салона.
Солнце светило в глаза. Лина прищурилась.
-Мы не могли с вами раньше встречаться,- обратилась она к своему спасителю.
-Не придумывай,- он был жутко рассержен,- отойди от машины. И вообще, ты на себя в зеркало смотрела когда-нибудь? Откуда сбежала?
Лине было совсем не обидно слышать такие слова в свой адрес. В последнее время она стала относиться к своей внешности с иронией. Напялив помятое пальто, она поблагодарила парня и побрела в обратном направлении. Но сделав несколько коротких шагов в сторону метро, услышала звук знакомого «Лексуса» .
-Садись,- с высунутой наружу головой проговорил парень, только что мечтавший избавиться от Лины.
Девушка обошла кругом иномарку и села на переднее сидение.
-Что?
-По-моему, я знаю, где мы встречались,- неожиданно сказал молодой человек.
-Ну и где же?
-Ты, кажется, Лина?
-Да, а что?
-Помнишь свою соседку по площадке? Ты была у нее в гостях, правда давно…Я Дмитрий.
Лине вдруг стало так стыдно за то, что она наговорила Диме тогда, за то, как себя вела. Да, и, конечно, за то, как она сейчас выглядит.
-Ну, привет,- улыбаясь, произнес Дима.
-Привет, прости, что так получилось. Просто…
-Не оправдывайся, с кем ни бывает.…Давай я лучше увезу тебя. Куда едем?
-Я не знаю даже. Я из больницы сбежала. И жить мне негде.
Дима поморщился. Он смотрел на Лину с такой необыкновенной нежностью, что было очевидно, что он сейчас скажет.
-Поедем ко мне. Тебе нужно отдохнуть и прийти в себя. Потом я подумаю, что с тобой делать.
Ну бывают же чудеса! Доехать до города целой и невредимой с чужим дядей за рулем, да еще и встретить в его же лице старого знакомого! Да, так могло повести только Лине, которой удача не улыбалась до сих пор ни разу.
-Поехали,- согласилась она.

***
Всю дорогу они молчали. Дима нервно курил в окно, Лина глазела по сторонам. Родной город казался ей совсем незнакомым. Старые улицы, бульвары и парки напоминали ей о прошлой жизни. После того, как она оказалась в стенах сначала частной клиники, а потом и «специальной» больницы, жизнь ее перевернулась с ног на голову. Лина стала буквально другим человеком.
«Лексус» шумно затормозил у дверей грязного подъезда.
-Приехали, вылезай,- с улыбкой сказал Дима.
Лина опустила ноги на холодный, покрытый тонким слоем льда, асфальт. На улице стояла прекрасная теплая погода. Яркое солнце, как обычно в это время года, слепило глаза. Лина медленно подошла к подъезду.
-Это и есть твой дом?
-Это не мой дом, здесь просто находится моя квартира,- недоуменно сказал Дима.
Они поднялись на восьмой этаж. Дима распахнул перед собой дверь квартиры.
-Заходи, не стесняйся.
Лина осторожно вошла внутрь. Квартира напоминала хоромы. Длинный узкий коридор тянулся до самой спальни. Помещение поражало своими размерами.
-Ты один живешь?
-Ну да, а что-то не так?
-Просто квартира у тебя такая…большая.
-Она досталась мне от деда. Когда-то этот дом был попрестижней любого особняка. Здесь даже поэт какой-то жил.
Лина рассматривала лепнину на высоких потолках целый час, пока Дима не приготовил обед, который для Лины по совместительству был вчерашним ужином и утренним завтраком.
-Давно ела,- поинтересовался тот.
-Не помню, по-моему, позавчера,- заталкивая последний кусок лазаньи в рот, промычала Лина.
-Ну ты даешь! Как только выспишься, как следует, и приведешь себя в порядок, расскажешь мне в подробностях, откуда ты сбежала и почему.
-Хорошо, вот только доем свой обед,- захихикала Лина.

***
Сутки прошли, как одна минута. Лина будто снова ожила. Она была спокойна и, как никогда, уверена в том, что завтрашний день обязательно наступит. Иначе и быть не должно. Ведь только сейчас, только сейчас она по-настоящему начинает жить.
Проснувшись в квартире Димы, она долго не могла понять, где находится, так уже привыкла к больничным койкам, врачам, таблеткам, уколам. Она покрутила головой. Вокруг постели были разбросаны огромные, неземной красоты, белые лилии, которые так любила Лина. Улыбка не сходила с ее уст. Она надела новый халатик, привезенный откуда-то Димой вчера вечером, натянула стоявшие у кровати любимые меховые тапки, и вышла на кухню.
-Привет, красавица! Как спалось? Кофе будешь? С круассанами? Или, может, сделать сандвичи? Линка, у меня же тут торт стоит! Ты же любишь сладкое - я знаю.
Он так крутился вокруг нее, так хотел угодить, что Лина даже растерялась. К ней никогда никто так не относился. Никто не заботился, никто не старался сделать для нее что-нибудь приятное. И уж, тем более, никто не задумывался, что она любит на завтрак.
-Дим, можно мне просто чашку чая и сигарету?
На его лице появилась чуть заметная тень разочарования.
-Конечно, сейчас.
Лина поставила перед собой горячий стакан с красным чаем, пачку сигарет и зажигалку.
-Дим, зачем ты все это делаешь,- виновато спросила она.
-Начнем с того, что ты мне нравишься, я просто хочу тебе помочь. А еще…
-Что?
-Еще хочу, чтобы мы были вместе.
Вероятно, слишком много информации Лина узнала об этом человеке с самого утра. Она потупила взгляд, достала сигарету и закурила.
-Что скажешь,- требовал Дима ответа на свое весьма заманчивое предложение.
Дым постепенно «завоевывал» кухню. От него начинала кружиться голова.
-Хорошо, я согласна.
-Что? Скажи еще раз.
-Я согласна, сог-лас-на!
Дима как-то неожиданно подскочил с места, повертелся у плиты, подбежал к Лине и поцеловал ее. Его восторгу не было предела. Однако глупое поведение оставляло желать лучшего.
-Собирайся, поедем по магазинам, тебя надо одеть,- радостно закричал он из коридора.
-Да я собрана вроде…
Лина переоделась в свою одежду, нацепила пальто, немного причесалась и вышла в прихожую.
-Я готова.
Они пулей вылетели из квартиры, запрыгнули в машину и уехали.

***
Тем временем в больнице все стояли на ушах. Куда могла пропасть тяжело больная девушка, не способная нормально передвигаться даже в помещении?! Врачи и медсестры были в недоумении. Пока не обнаружили открытое окно в палате Лины и отсутствие на нем хоть каких-либо признаков решетки.
-Что за беспредел,- орал на весь диспансер главврач.
А персонал предпринимал тщетные попытки поисков пациентки. Но их суетливость только мешала делу, и поэтому они прекратили это бесполезное занятие уже через два дня.
Однако за эти два дня больница успела оповестить о пропаже почти весь город. Так об этом узнали родители Лины. В шоковом состоянии, они принялись прочесывать все жилые кварталы города, больницы, морги, вытрезвители. Но и их усилия оказались напрасными. Помучившись еще немного, они отказались от поисков в надежде, что дочь объявится сама.
О местонахождении девочки не знал никто из ее знакомых. Лина не посчитала нужным говорить кому-либо о том, где находится, по разным причинам. Родители вернули бы ее в больницу, где Лина не прожила бы и года. Соседку по площадке просто неудобно было тревожить, она нашла бы возможность доложить обо всем родственникам, но из лучших побуждений. Одногруппникам и однокурсникам на Лину было просто наплевать, поэтому причина очевидна. Все остальные не замечали ее и тогда, когда она была еще здорова, так какой смысл усложнять им жизнь сейчас?!

***
Они вернулись за полночь. Лина не могла нарадоваться новому шикарному гардеробу, прогулкам по ночному городу, посиделкам в ресторанах и кафе. Наверное, это и была та жизнь, о которой она так давно мечтала. А главное, рядом с ней появился хороший человек, который не раздражал поступками или словами, с которым было весело и уютно, который всегда угадывал ее желания. Мечты сбываются - теперь Лина знала это наверняка.
-Заходи скорее, простынешь,- заботливо окликнул Лину Дима, закрывая дверь.
Лина перешагнула порог почти родной квартиры. Стянув с себя новое меховое манто и безупречные лаковые сапожки, она прошла в кухню.
-И все-таки мне не удобно перед тобой. Я до сих пор не могу смириться с тем, что все эти вещи теперь мои,- виновато сказала она.
-Вещи? Лина, вещи - это ерунда. Ты еще не знаешь, какой подарок тебя ждет.
-Подарок?
-Ну да, подарок,- улыбнулся Дима, доставая из кармана ключи,- машина в гараже, пойдем, посмотрим,- хотя, наверное, нужно для начала перекусить.
Нет, все это было, как во сне. Лина не могла поверить в то, что с ней произошло за такой короткий срок. Суток не прошло, а она уже поменяла свою привычную скучную жизнь радикально.
Дима приготовил потрясающий ужин. Стол был уставлен свечами, букетами из любимых лилий…
-Дима, завтра я хочу сходить к соседке, которая нас познакомила, помнишь? Ты не против?
Дима насупился.
-Ты меня тираном считаешь? Как я могу запрещать тебе что-то? Ты же не будешь всю жизнь дома сидеть, верно?
Лина чувствовала себя не совсем уютно. Ощущение того, что она должна этому человеку по гроб жизни, не оставляло ее. Ведь с раннего детства она привыкла думать, что сказок в жизни не бывает, мечты не сбываются по определению, а бесплатный сыр - только в мышеловке. Эти мысли переплетались с благодарностью к Диме так тесно, что Лина совершенно запуталась.
-Дим, прости меня. Я никак не могу свыкнуться с тем, что ты есть у меня.
Она осторожно подошла к нему и обняла так, будто не увидит его лет сто. По-моему, Лина впервые в жизни влюбилась…

***
Солнце уже садилось, уступая дорогу вечерним сумеркам. Лина подошла к родному дому. Все внутри трепетало. Конечно,
Категория: Рассказы Автор: Лана Счастливцева нравится 0   Дата: 17:11:2012


Председатель ОЛРС А.Любченко г.Москва; уч.секретарь С.Гаврилович г.Гродно; лит.редактор-корректор Я.Курилова г.Севастополь; модераторы И.Дадаев г.Грозный, Н.Агафонова г.Москва; админ. сайта А.Вдовиченко. Первый уч.секретарь воссозданного ОЛРС Клеймёнова Р.Н. (1940-2011).

Проект является авторизированным сайтом Общества любителей русской словесности. Тел. +7 495 999-99-33; WhatsApp +7 926 111-11-11; 9999933@mail.ru. Конкурс вконтакте. Сайты региональной общественной организации ОЛРС: krovinka.ru, malek.ru, sverhu.ru