Olrs.ru / Конкурс
КОНКУРС

Регистрация

Логин

Пароль

забыли пароль ?




Конкурс №13 июнь 2017
1 место в номинации "Проза" рассказ Талгата Ишемгулова "Ястребок". В номинации "Лирика" 1 место Иван Малов с подборкой стихов "Степью навеяны строки".











Зачем?

- Что эта сумасшедшая творит?
- Да кто ж его знает? Снимите эту дуру! Вызовите пожарных!
- Каких, к чертям пожарных, ты в своём уме? До ближайшей пожарной станции километров десять!
Огромная дамба, сдерживающая сотни тонн воды под вечер была не многолюдна, но компания всё больше сгущалась. На крики вылазили люди откуда-то из лесу и со стороны города. Всем хотелось посмотреть на безумную девушку, которая с трудом удерживая равновесие, стояла на парапете и глядела вниз, в бурлящую пучину. Она была спокойна, так как знала, что никто из этих морально деградировавших до состояния обезьян людей не осмелится к ней подойдёт. Причем не столько из-за того, что она испугается и спрыгнет, сколько из-за того, что она могла по дури утащить такого «помошничка» с собой. Её короткие волосы, выкрашенные в рыжий цвет, слегка подрагивали на ветру. На спине спокойно лежали две тонкие длинные косички, черные как смоль, сплетенные из не срезанных волос на затылке. Джинсы, легкий топик. Её можно было бы назвать типичным дитём андеграунда. Альтернативная внешность, такая же, как и взгляды на жизнь. Мало кто знал, что сейчас держало её на этой тонкой грани.
- Дура, убьешься ведь!- Орал кто-то за её спиной.
«Как будто вы знаете, что такое смерть…» - Пронеслось в её голове перед тем, как она сделала шаг.
Несколько мгновений ей казалось, что она не падает, а будто ложится на мягкую-мягкую перину. Затем резко стало не хватать воздуха. Ветер с такой скоростью летел в лицо, что даже мысль о том, что бы сейчас вдохнуть, казалась нереальной. Она попыталась как-то изменить положение своего тела, но не смогла, и тихо смирившись со своей судьбой, смотрела на быстро приближающуюся пену. Страха смерти не было. Был вопрос. Вопрос, который преследовал её уже несколько лет. «Зачем?». Какая разница, кто задал его первым. Не имеет уже и значения, кто натолкнул её на эту мысль, да и не могла она в этот момент вспомнить. Она улыбнулась про себя. А ведь говорят, что перед человеком проносится вся его жизнь в момент смерти. Врали, значит. Опять ложь. В ушах стонал от боли ветер. «Зачем?». Вот. Опять этот вопрос. С тех самых пор, она уже и не могла вспомнить, с каких именно, это началось… Вроде бы в период обучения в университете. На первом курсе, на втором? Какая разница? А может и после него. Просто в какой-то момент жизни она вдруг незаметно для себя начала постоянно задавать этот вопрос: «зачем, зачем, зачем?» И никто не мог дать ей ответа. Оно и не удивительно, как только решалась одна проблема, и находился ответ на один комментарий, тут же возникал другой вопрос, другое «зачем?» Учиться? А зачем? Что бы найти хорошую работу? А зачем? Что бы прокормить семью и жить как хочешь? А зачем? Что бы воспитать детей, дать им счастливое детство? А зачем? Что б они могли пойти по твоим стопам, обеспечить тебе спокойную старость? А зачем? Что бы жилось хорошо, и было что вспомнить? А зачем, ведь ты всё равно умрешь, и не факт, что хоть когда-нибудь вспомнишь об этой жизни? И вот тут аргументация заканчивается. Любая логика, любое объяснение ломается об этот вопрос: «зачем?».
В этот момент ей показалось, что ветер не кричит… Он поёт. Он поёт колыбельную. Ей. Она точно знала, что ей. Кажется, он даже вспомнил её имя. Ветер пел о ней! Как прекрасно! «Хоть кто-то помнит и любит меня в этом мире! Действительно любит, просто потому, что я есть». - И от этого осознания стало так легко, что ей показалось, будто она и не падает, а уже летит, она чувствовала, как воздух несет её, словно дитя в колыбели. Ей стало спокойно. Мысли, которые только что роем рвали её голову куда-то вдруг ушли. И не надо было больше этого «зачем», «почему». Исчезли вдруг все родные и близкие, о которых только начала тревожится девушка. Перед ней открылась пустота. Она впервые в жизни чувствовала такое блаженство. Весь мир исчез. Исчез груз и боль, которая, оказывается, всю жизнь, с самого рождения так тревожили её. Исчезла дамба, и вода, и кричащие люди на ней. Осталась лишь она. Не эта глупая никому не нужная физическая оболочка. А она. Настоящая она. Та, которая всю эту жизнь томилась под огромным слоем пыли. Пыли из обид, гнева, ярлыков, типа плохой, или хороший, и даже мелких радостей и того, что она считала счастьем. Не осталось ничего. Лишь она. Среди темноты и спокойствия. И ещё ветер… Он обнимал и ласкал её так, как этого не делал ни один мужчина в её жизни. Даже прикосновения матери не могли сравниться с этой лаской. Она чувствовала, что ветер любит её. Но не страстью, или жаждой. Ему вряд ли чего-то хотелось. А вечной, и безответной любовью, где ничего не просят взамен, а лишь дают, благодаря за каждую секунду знакомства. И сейчас он любил и ласкал её так, как никогда в жизни. Ибо он знал, что она впервые чувствует его любовь на самом деле.
И тут она очнулась. Она лежала на траве у самого берега. Где-то далеко шумела разбивающаяся о скалы вода. Судя по всему дамба находилась в нескольких километрах от того места, где она сейчас находится. Очнулась она абсолютно сухая, и не могла никоим образом разобраться, как здесь оказалась и что, собственно, случилось после прыжка. И тут на неё нахлынул образ. Она увидела себя, словно со стороны, хотя это всё ещё была она, стремительно летящей к воде. А за ёё спиной раскинулись два огромных огненных крыла, в последнее мгновение подхватившие порыв ветра и поднявшие её над водной гладью. Можно было расслышать крики: «Куда она делась?!», «Где она?!», «Что это за хрень?!», которые могли говорить лишь об одном. Крыльев эти люди явно не видели, как, впрочем, и саму девушку. Пронесшись над гладью воды вдоль по устью реки, она приземлилась там, где её не смог бы заметить никто из этих любопытных прохиндеев, и почти мгновенно отключилась.
Домой она вернулась поздно. Родители, правда, давно привыкли к такому ходу вещей, так как дочь могла порой и по двое суток не приходить. Хотя она почти всегда предупреждала, если нечто такое намечалось. Она сильно устала, пока добиралась домой пешком. Людей особо видеть не хотелось, посему шла по самым тихим и безлюдным улицам. Страха не было. Сегодня она могла быть уверена, что ей никто и ничто не сможет навредить. Думать не хотелось. Она пошла на кухню и поставила чайник. Единственное, чего она не хотела, так это разбудить родителей. Те, в свою очередь, надежды оправдали, проспав мертвым сном до самого утра.
С чашкой чая в час ночи, глядя в окно на пустынные улицы под домом, где периодически проходили какие-то пьяницы и проезжали редкие такси она медленно, раз за разом проигрывала сегодняшний эпизод. Теперь она точно не хотела умирать. И даже навязчивый вопрос «зачем?» куда-то исчез. Просто испарился. Он теперь не тревожил её. У неё теперь появился тайный любовник, который лишал её всяких вопросов, который умел давать любовь такой, какой её давно уже не видели люди. Ветер. Так она и уснула на столе на кухне, не заметив, как медленно закрылись глаза.

Феникс сидела на скамейке в парке, допивая бутылку газировки и оглядываясь по сторонам.
- Как ты можешь пить эту дрянь? – Парень появился неожиданно. Казалось, что всего секунду назад его там не было.
- А, извини, это так… привычка. Никак не могу избавиться.
- А передо мной-то чего извиняешься? Не мне её пить. Ты печень бы поберегла. Впрочем, ладно. Чего позвала?
Девушка выдерживала паузу. Ей было сложно об этом сказать, ибо она была уверена, что все её друзья просто бы рассмеялись, или переспросили бы, что такого интересного она принимала на досуге. Но этот… Он мог поверить. Он сам часто рассказывал такие истории, что порой казалось, что пора сдавать в дурку парня. Но ничего, вроде адекватен. Странный только немного. Уже полтора года не виделись, а, кажется, что он только помолодел, хотя куда ему дальше, и так на шестнадцать лет выглядит.
Он абсолютно спокойно сидел, наблюдая за двумя переминающимися воронами, будто ему и некуда было спешить, хотя она до сих пор не могла понять, как он так просто бросил всё. Она позвонила ему всего один раз, попросив приехать, даже не объяснив зачем, а он уже на следующий день, преодолев семьсот километров, сидит перед ней, спокойный, словно они только вчера в последний раз виделись.
- Знаешь, мне трудно об этом говорить, но ты по моему единственный, кому я могу рассказать абсолютно всё.
Она решила начать издалека. И поэтому в первую очередь рассказала ему о том, что в последнее время она абсолютно не могла найти смысл, не то, что жизни… вообще смысл хоть чего-нибудь. Она рассказала о том, что перестала получать удовольствие от того, что раньше казалось действительно классным. Секс стал какой-то глупостью и шаманством, музыка, которая ей когда-то нравилась, скорее напрягала и раздражала. Она перестала нормально спать, ибо во сне за ней постоянно охотились какие-то твари, смутно напоминавшие ей её родственников и начальство. Так глупо. Она рассказывала и рассказывала, казалось, слова лились из неё потоком, поэтому она порой не могла даже закончить мысль, так как уже переходила к другой. Тогда он заканчивал мысль за неё. На удивление это не вызывало раздражения. Что действительно раздражало, так это то, что он казался абсолютно безучастным. На его лице всё ещё выражалось полное безразличие, а порой в улыбке было даже заметно ехидство… или снисходительность? Но он не прерывал. А ведь так хотелось высказаться. Ей действительно почти некому было об этом рассказать. Да и не привыкла она. Всегда ведь со всем сама справлялась. САМА! Сама научилась готовить, сама нашла себе работу, сама оплачивала проживание и пропитание. Ей нравилось быть самодостаточной, это доставляло удовольствие, позволяло чувствовать себя человеком. Хотя какой глупостью вся эта заносчивость казалась сейчас. И в тот момент, когда она уже собиралась рассказать о самом главном, он предложил:
- Я знаю тут одно крайне интересное место, давай пройдёмся, а то я засиделся. – И преспокойно улыбнулся, глядя ей в глаза. Почему-то ей показалось, что она увидела в этих глазах что-то вроде детской печали. Почему именно так, она объяснить не могла, но и другая формулировка её не устраивала. Феникс подчинилась. Она и вправду последний час молола какой-то бред, и сейчас ей надо было отдохнуть и перевести дух, так как она даже начала хрипнуть от собственных эмоций.
- Хорошо. Куда нам?
Парень указал направление, и они медленно двинулись вниз, в сторону развилки, скрываемые от жаркого полуденного солнца листьями клёнов и дубов, кои росли по обе стороны аллеи.
Почти всю дорогу они молчали. Только один раз девушка спросила:
- А почему тогда, когда мы в первый раз нормально общались, ты сказал, что я похожа на феникса?
- А ты для меня и вправду словно феникс. Даже твои волосы отвечают циклу жизни этой птицы. Огонь. Пепел. Земля. И вновь восставший из праха огонь.
И вправду, чёлка у девушки сейчас была окрашена в пепельный цвет.
- Ты ведь читала?
- Да, я слышала твою песню, но она тогда казалась мне абсолютно абсурдной. Бредом самовлюбленного идиота.
- Тоже верно. Пожалуй, я тогда таким и был.
На этом их разговор вновь остановился. Они шли ещё минут двадцать, пока не вышли к огромной скале, которая, словно монумент древности возвышалась на окраине города. Казалось, это был памятник некоему древнему, окаменевшему богу. Они обошли глыбу с обратной стороны, где в скале виднелась пещера, которая всё-таки, скорее всего, возникла природным путём.
Они сели возле входа в пещеру на траве и не глядя друг на друга, словно телепатически передали сигнал: «можно продолжать». И девушка продолжила свой монолог, наконец, рассказав о том, что ещё недавно просто перевернуло её взгляды и мнение о мире. Не утаив даже того, кем ей представился тогда ветер. Она рассказала всё. И задала вопрос. Вопрос, который прозвучал для неё таким новым, после всех этих вечных «зачем?».
- Что там произошло?
- А ты разве не поняла? Ты же сама всё рассказала, как оно было. Если коротко говорить: тебе открыли истину, тебе открылся абсолют, тебя поцеловал Ветер. Ты помнишь, как Будда ощутил просветление всего лишь сидя под деревом в летний день? Для тебя же истина открылась твоим путём – путём свободы и любви. Неужели не понятно?
- Понятно. Но… почему я выжила?
- Потому что ты тоже любишь себя. Твоя душа не дала тебе погибнуть, открыв свои крылья. Люди давно позабыли, как быть собой. А твоя душа помнит. Она любит.
- Но… - в голове роилось море вопросов, но не один из них Феникс так и не могла сформулировать, - Я не понимаю. – Наконец выдавила она из себя.
- Ничего, понимание придет со временем, если ты, конечно, вновь не забудешь себя и не уйдешь с головой в чужие, выдуманные проблемы.
- Но я больше ничего не ощущаю. Я не чувствую ветра, я не чувствую крыльев, свободы, пустоты, спокойствия! – Ей хотелось кричать и плакать одновременно. Но она не могла. Может, потому что рядом были люди. А может, потому что это было бы не честно по отношению к себе?
- Ты всё чувствуешь. Ты просто забыла, что ты чувствуешь. Только я прошу тебя, ещё раз не прыгай. На этот раз ветер может посчитать тебя глупой и уйти от тебя… - Он смотрел в её глаза, и, казалось, видел в них всё, даже её мелкие детские грешки. Видел её такой, какой она есть. – Шутка! Просто есть методы попроще. Закрой глаза.
Ей было всё равно. Феникс уже готова была принимать любые сюрпризы. А сейчас она тем более была уверена, что этот парень не сможет её ничем удивить. Он взял её за руку и повёл к входу в пещеру. Ветер, казалось, игрался, залетая туда со всей силы и выдувая мелкие песчинки, какие-то целлофановые пакетики, которые, похоже, сам же туда и загнал. Парень поставил девушку у входа и отошёл, стараясь не шуметь, шепнув ей напоследок лишь: «Ты и есть ветер. Это ты любишь себя, а не он».
Она стояла под порывами ветра, стараясь расслабится, и при этом, напрягая вестибулярный аппарат, дабы не упасть. При такой концентрации она теряла всякое чувство свободы и посему медленно опустилась на колени. Теперь она могла расслабиться, чувствуя, как ветер колышет её волосы, и обвивает своими нитями, словно двумя невероятно нежными руками. Все звуки будто исчезли. Пропали все люди вокруг, и скала показалась не более чем воздушным замком, сквозь который можно без проблем пройти. Она вдруг услышала, как дышит земля. Она услышала её сердцебиение. Как же люди этого раньше не замечали? Земля дышит, и она живая! Но как же она тяжело дышит. Как люди её задавили. Затем пропало и дыхание и сердцебиение. Остался только пульс вселенной. Она вдруг услышала, как живёт вся вселенная, где все существа – словно мелкие бактерии, которые получают от вселенной жизненные силы. Всё пронизано её нитями. А затем пропал и пульс. Осталась тьма… Ничто. Да и так сказать было бы не верно. Не осталось ничего. Даже её. Просто вечный покой. Нет времени, нет пространства. Есть только жизнь. И ей плевать на то, что происходит во всех этих мелких играх людей, планет, и богов, которые считают себя творцами. Только жизнь. И нет ей названия и определения. Это не свет и не тьма. Это просто отсутствие и наличие всего одновременно…
Проснулась она от того, что её кто-то с упорством бил по щекам. Когда она открыла глаза, над ней висело его лицо. На улице уже было довольно темно.
- Ну что, проснулась, чудо? Ты смотри мне. А то вон как тебя далеко унесло. Еле вернул. В следующий раз – будь по осторожней, а то и вовсе не вернешься.
- В следующий раз? – Она с трудом возвращалась к привычной для неё реальности. Язык не поворачивался, в голове было пусто, тело отказывалось шевелиться. Но она начала медленно подыматься.
- Тебя до дому проводить?
- Не обязательно. Мне в принципе недалеко. Да и что со мной может случиться? Ты сам-то как, куда сейчас? На поезд свой ты точно не успеешь.
- А мне то что? Мне любая поляна – дом, а дерево любое – друг.
- Ну, сам решай, я то и у себя могу пристроить.
- Э, нет! Увольте, тебе сейчас надо одной побыть. В таком завихрении силы мне долго находиться нельзя. А ты и без меня всё поймешь.
- Ну, тогда пока. Ты мне только на один вопрос ответь.
- Какой?
- Зачем? Зачем ты меня вернул? Ведь только там всё настоящее, там нет игр и марионеток.
- Как? Ты ещё не поняла? А как иначе ты узнаешь для чего всё это? – Он обвёл руками вокруг себя. – Как иначе ты сможешь найти ответ на каждое из своих «зачем»? Ведь там – он указал в небо, - вопросов уже не задают. В этом нет смысла. А здесь можно получить столько удовольствия каждый раз находя ответ на один и тот же вопрос: «зачем?»
Категория: Рассказы Автор: Ярослав Мандрыка нравится 0   Дата: 26:09:2012


Председатель ОЛРС А.Любченко г.Москва; уч.секретарь С.Гаврилович г.Гродно; лит.редактор-корректор Я.Курилова г.Севастополь; модераторы И.Дадаев г.Грозный, Н.Агафонова г.Москва; админ. сайта А.Вдовиченко. Первый уч.секретарь воссозданного ОЛРС Клеймёнова Р.Н. (1940-2011).

Проект является авторизированным сайтом Общества любителей русской словесности. Тел. +7 495 999-99-33; WhatsApp +7 926 111-11-11; 9999933@mail.ru. Конкурс вконтакте. Сайты региональной общественной организации ОЛРС: krovinka.ru, malek.ru, sverhu.ru